Завещание адвоката Чарльза Ванс Миллера в свое время спровоцировало в Торонто демографический взрыв.

31 августа 1926 года богатый адвокат Миллер умирает от сердечного приступа в своем офисе. 

Чарльз Ванс Миллер никогда не был женат и у него не было прямых наследников. Изначально, завещание, найденное после его смерти, было принято за очередную шутку Миллера, который был известен своей любовью к розыгрышам. 

Партнер в его адвокатской компании заявил, что «Я нашел что-то написанное в форме завещания, но это не завещание – это шутка. Мы в данный момент пытаемся найти настоящее завещание», но оказалось, что это и было настоящее. 

Свой дом на Ямайке Миллер передал в наследство трем адвокатам, которые открыто друг друга ненавидели, с условием, что они должны управлять имением совместно (вот оно настоящее упражнение по «team building»). Позднее оказалось, что это была особо изощренная шутка, поскольку дом был продан за два года до смерти адвоката. 

Нескольким активистам борьбы за сухой закон, в том числе политикам и представителям церкви, он завещал акции пивоваренного завода, а противникам скачек и азартных игр – свои акции в Онтарийском жоккейном клубе. 

Часть денег отошла его коллегам и помощникам. Дальние родственники не получили от адвоката ничего. Они пытались обжаловать завещание, особенно его 9 пункт, тот самый, который привел Торонто к «Большой гонке аистов».

В этом пункте Чарльз Миллер распорядился, чтобы оставшаяся часть его капиталов была инвестирована на десять лет и потом наследована женщиной, родившей за эти десять лет больше всего законнорожденных детей в Торонто. 

Сумма обещала быть внушительной. Кроме успешной адвокатской карьеры, Миллер мог похвастаться удачными финансовыми вложениями (даже после своей смерти). Так, в свое время он купил кусок земли за 2 доллара рядом с рекой Детройт, а в 1936 году через этот участок земли был построен туннель между Америкой и Канадой – The Detroit–Windsor tunnel, и стоимость земли немного увеличилась: от 2$ до 100000$.

Кроме дальних родственников, которые остались без денег адвоката, завещание привело в ярость представителей церкви. Они призывали женщин не принимать участие в детородной гонке. 

Одной из версий почему Миллер оставил такое завещания была, что он хотел привлечь внимание общественности к проблемам многодетных семей и снять запрет на противозачаточные средства (клин клином). 

Завещание также пыталось оспорить правительство Онтарио, которое через несколько лет после его обнародования, предприняло попытку провести закон, по которому деньги перешли бы к Университету Торонто. Эта идея вызвала массовые протесты, и все осталось как пожелал адвокат. 

Ситуацию усугубила Великая Депрессия, тяжело ударившая по экономике Канады. 25 процентов семей в стране были вынуждены пользоваться государственной финансовой поддержкой. В том числе и многие из семей, претендовавшие на главный приз «гонки аистов». 

Победительницами были признаны 4 женщины (Анна Картинг Смиф, Кэтлин-Эллин Нагль, Люси-Элис Тимлек и Изабель Мери Маклин), каждая из которых родила по 9 детей за 10 лет, они получили по 125000 долларов, но у троих из них правительство удержало часть денег в размере суммы государственных пособий, которыми они пользовались во времена Депрессии. 

Два утешительных приза размеров в 12500 достались Полин Кларк, которая тоже родила 9 детей, но один из них был рожден вне брака и Лилиа Кенни, которая за 10 лет родила 12 детей, но пятеро из них умерли в младенчестве. Смерть одного из ее детей лишний раз доказывает, насколько тяжелыми были условия жизни многих семей в Канаде в это время, ее ребенок погиб в результате укусов крыс. Что стало с семьями, которые в погоне за наследством родили 5-8 детей за это время остается только догадываться.